Администрация Привольненского муниципального образования
Ровенского муниципального образования
Саратовской области
Историческая
Справка
История села Привольное уходит в далекое прошлое, во времена царствования Екатерины 2, когда в степных районах на просторы Заволжья заселилось немецкое население.
Село основано в 1764 году. Население и мощь села быстро росли. Этому способствовало судоходство по Волге и Эльтонский тракт, по которому провозили соль из озера Эльтон в Покровскую слободу. Предприимчивые хозяева очень быстро поняли, что это богатейший край. В селе появились купцы, а позднее кулаки и мелкие помещики, которые жили по окраинам села, ближе к своим землякам. Быстро развивались скотоводство, зерноводство и рыболовство.
Об истории села было очень хорошо написано в книге, выпущенной в 1920 году в городе Ростове. К сожалению, у местных жителей этой книги не сохранилось. Написана она была на немецком языке.
По рассказам очевидцев (старожилов) село носило название Альт — Варенбург (Привальное), видимо потому, что на берегу Волги было 2 пристани, к ним постоянно причаливали пароходы и баржи с грузом. В те далекие времена Волга была не такой широкой, как сейчас, ее берег уходил на расстояние 3километра от села. Одна пристань была в Западной стороне села, как раз там, где Волга сейчас делает крутой поворот. До пристани от села была выложена кирпичом, чтобы легче было подвозить грузы для погрузки на баржи. А вокруг цвели и плодоносили сады. Они тянулись по всей длине берега.
Со стороны села, сады отгораживались изгородью, так как они вплотную подходили к домам и их могли повредить животные. К зеленым насаждениям относились очень бережно, строго наказывали тех, кто без разрешения смотрителя садов и других насаждений смел вести вырезки или вырубки. Так называемая набережная и вымощенная дорога к пристани были любимым местом молодежи.
Кроме пристаней на берегу были выстроены огромных размеров амбары частных собственников, и также были и общественные амбары. Размер их был внушительный, приблизительно с наш современный трехэтажный дом, материал-дерево. И вообще большее число домов бедного немецкого населения было сделано из дерева, только у миллионеров и других богатеев дома-особняки были выложены кирпичом.
Надо сказать, что всё село сейчас, а особенно вся его прибрежная часть, расположено на территории, где раньше находилось кладбище, и сейчас уже никто не может сказать точно, когда всё это было. Те немцы, кто в те далёкие времена жили здесь, перенесли останки своих предков на новое место захоронения, а основная масса могил так и осталась на прежнем месте. Современное население в благоприятные засушливые годы полусерьёзно, полушутя говорят, что это место проклято предками.
Старое Привольное было очень красивым и стройным селом, слава о нём шла далеко за пределы края. Его очень хорошо было видно с Волги, особенно в период судоходства очень чётко вырисовывались на фоне сплошной зелени ровные, чистые улицы с церковью в центре села. Первое здание церкви не сохранилось и память о ней (ничего) не осталось. Люди помнят только то, что она была меньших размеров и сделана из дерева. Всё село условно делилось на два: Верхнее Привальное и Нижнее Привальное. Граница проходила по улице, где в настоящее время находится Привольненский ДК. Часть села, расположенная от этой улицы к Волге была Нижним Привальным, а другая, расположенная к юго-востоку — Верхнее Привальное.
Улицы были чётко видны и всегда очень и очень чисты. Первым делом всех немецких девочек было соблюдение чистоты во дворе и около. Рано утром их поднимали родители и первым долгом они подметали территорию улицы. Надо сказать, что детей уже с раннего детства приучали и обучали какому-нибудь ремеслу, чаще всего мастерство и рукоделие передавались по наследству от родителей, а вот в школах девочкам прививали любовь к домашней работе, учили их шитью, рукоделию, умению готовить, то есть с раннего детства приучали их вести хозяйство.
Мальчиков же приучали к чисто мужской работе, т. к. семьи у большинства немцев были большие, и нужно было уметь делать всё, чтобы семья по возможности жила в достатке. Тем не менее, в период буржуазного строя бедняцких семей было во много раз больше, чем семей богатых. Бедным крестьянином считался тот хозяин, кто имел только один «хвост», то есть одну корову или в лучшем случае лошадь. Те, кто не имел даже этого, считались нищими, и их положение было действительно ужасным. Но с голоду умереть в те времена не давали никому. Чуть выше говорилось об общественных амбарах, так вот в них всегда был запас зерна, и тем, у кого не хватало хлеба, выдавали его из этих амбаров.
Жители вспоминали, что в те годы хлеба было всё-таки много, старики даже говорят, что один урожайный год мог кормить всё население в течение семи лет. А до революции население насчитывало 14 тысяч человек.
Очень характерным для нашего села было то, что все времена года проезжие улицы были сухими и чистыми. Это достигалось благодаря системе каналов, которые пересекали все улицы и спускались к Волге. Через каналы были сделаны очень оригинальные мосточки , за состоянием которых очень строго следило всё население. На самых бойких улицах вдоль домов всегда лежали по одной — две досточки, которые тоже всегда подметались и при необходимости сразу заменялись. За каналами на всем их протяжении люди строго следили. Постоянно зачищали их, специальными скребками. Каждый хозяин стремился, около своего дома навести порядок лучше, чем у соседа, шло своего рода соревнование между ними и, самое неприятное было для каждого, если кто-то стороны делал замечание, это считалось позором.
Надо сказать, что местные жители были аккуратными и прилежными не только по отношению к внешнему порядку, но они также внимательны и аккуратны были по отношению к животным. Ни один немец не позволял себе оставить рабочий скот не кормленным или не поенным. Прежде чем пустить его в работу, он хозяин хорошо кормил животное. А если, например, случалось зимой оставить животное на улице около дома надолго, то хозяин обязательно укрывал животное и давал ему корм.
За верхним Привольным в районе старой мельницы тоже были сады и ягодники вплоть до горы. Эти сады принадлежали местным богачам. Здание мельницы, принадлежащей в то время Швайербану, было в то время очень-очень красивым и площадь около нее была опрятно убрана, утопала в благоухающей зелени .Около мельницы был и дом хозяина ,тоже в свое время пользующийся заслуженным вниманием.
Основные массивы с/хоз. культур, как и сейчас, располагались наверху, за современным грейдером. Заволжье славилось прекрасной пшеницей, и те хозяева, кто имел большую площадь под ней, имел и большую прибыль.
История села так или иначе связана с именами самых богатых дельцов дореволюционного времени и именно с ними связано, казалось бы самое таинственное и интересное. Простой трудовой люд кроме плодов своего труда ничего не оставил после себя мало кто интересовался в то время их жизнью, напротив жизнь привилегированного общества привлекала внимание всех и так или иначе дошла до наших дней.
Самым броским и достопримечательным сохранилось до наших дней дома своеобразной архитектуры, оставшиеся после богатого сословия. Даже в настоящее время они резко отличаются от обычных немецких домов, во-первых, своими размерами, во-вторых, архитектурой и материалом, из которого их строили. Удобнее всего вести рассказ о них, начиная с центра села, так как и в прошлом, центр находился здесь же, вокруг церкви.
До революции в теперешнем здании Привольненской средней школы жил купец Миллер. Основное его ремесло – выращивание пшеницы, которую на бортах он возил по Волге и продавал, взамен привозил товар разного рода. Его жена как раз занималась торговлей, лавка была прямо около дома в пристройке. В настоящее время (до пристройки к школе) там была Ленинская комната.
По характеру Миллер был своеобразным, и больше от этого страдали его родные: жена и 11 детей. Большую часть жизни до смерти мужа она вынуждена была вместе с детьми прожить именно в этой пристройке, хотя дом был огромных размеров. С залами и кабинетами, красиво оформленными изнутри и обставленные специально завезённой мебелью и картинами. Но Миллер очень рано умер, оставив жене и всем детям наследство. До сегодняшнего дня на кладбище сохранился большой мраморный надгробный памятник с вдавленными буквами, где до сих пор можно прочесть надпись, где его жена скорбит по поводу того, что он оставил её со столькими детьми одну. После смерти мужа вплоть до революции она исправно вела хозяйство. О дальнейшей их судьбе ничего не известно. Только некоторые старые люди утверждают, что двое её сыновей были в бандах белогвардейцев, и что один из сыновей, раненый, скрывался здесь некоторое время.
В здании, где сейчас находится Привольненский ДК. до революции находилась церковноприходская школа, которая содержалась на средства церкви. Другая школа находилась там же, где потом была школа садоводов, Привольненская начальная школа, а теперь магазин. В школах учили детей всех сословий, за исключением детей миллионеров. Они получали образование на дому, для чего им нанимали гувернанток, а затем повышали своё образование в Петербурге, Москве или др. крупных городах.
В школах же учили детей немного грамоте, немного арифметике, а остальное время посвящали изучению молитв, богослужению и так далее. Обучение было для всех бесплатным. В классах вместо парт были длинные лавки во всю ширину зала. Ученики, занимающиеся хорошо и примерно, сидели на одном конце лавки, те, кто получал плохие отметки и ленился – сидели на противоположном конце.
Детям бесплатно выдавали грифельные доски (тетрадей в то время не было), мел. Все, кто хотел учиться и имел возможность (многие не могли посещать школу из-за того, что приходилось нянчить младших братишек и сестренок, хотя желание получить знания было огромным) получали хотя бы такое начальное образование. Родители, у которых были способные дети, сразу говорили об этом, и если были средства, то таковых посылали в ближайший город учиться дальше. Раньше, считалось, что грамотный человек всегда сможет заработать себе на кусок хлеба.
Особенно родители старались дать знания девочкам, так как они могли бы служить гувернантками в богатых семьях, а это значит, она всегда будет в достатке. Ведь гувернанток за обеденным столом сажали вместе с собой, к тому же хорошим гувернанткам платили не плохое жалование.
У всех детей самым приятным был день конфирмации, день, когда отмечали переход из детства в юность.
Проводился он в преддверии божественного праздника «Троицы». В нем принимали участие дети, достигшие 15-летнего возраста.
Праздник заключался в следующем: все без исключения дети одевали в нарядные костюмы.
— девочки длинные платья белого, розового или голубого цвета с розами в руках,
— мальчики в костюмах, идентичных костюму Пастера: черный строгий пиджак, белый стоячий воротник. Некоторым бедным семьям приходилось на этот день занимать где-то такой костюм, так как никто из родителей не решался лишить своих детей может быть самой светлой радости в их жизни.
Сбор назначался около школы, все мальчики и девочки строились попарно и вот такой колонной все шли к церкви. Возглавлял шествие празднично одетый Пастер, а впереди него — «пажи»- маленькие мальчик и девочка, тоже одетые по форме, шли и кидали вокруг розы и их лепестки.
В это же время на церкви начинали звонить колокола, играл орган (орган был большой и звуки его далеко за церковью), пел песни хор (он располагался на балконе, и его тоже было очень хорошо слышно). Под эту музыку процессия медленно направлялась к церкви. По пути следования, вдоль дорожки, повсюду были расставлены одинаковые по размеру деревца-веточки, все было чисто убрано и украшено зеленью.
Как уже говорилось выше, эти зеленые деревца нарезались детьми заранее и только по разрешению лесничего, так как зеленые насаждения очень строго охранялись законом, и никто не имел права нарушать его.
Затем процессия заходила в церковь (разрешалось заходить и родителям, и они со слезами на глазах, кто от горя, кто от радости слушали ответы своих детей, некоторые родители, может, впервые видели своих детей так красиво и богато одетыми). Все сразу стихло, церемония продолжалась. Пастер приглашал к алтарю каждого ребенка и задавал ему вопросы в основном из библии, и все должны были беспрекословно отвечать (к этому дню готовились всегда заранее, поэтому ответы детей были достойными). В конце всей церемонии детям выдавался «Памятный лист». Он был красиво оформлен, вверху была написана какая-нибудь молитва, а ниже фамилия, имя и отчество ребенка, дата его рождения, данные о родителях и его крестных, это было своего рода свидетельство рождении.
До наших дней сохранилось здание новой каменной церкви, которую начали строить примерно в 1900-1901г. А до этого примерно на этом же месте стояла деревянная, меньших размеров, церковь. В настоящее время в этом помещении находится центральная ремонтная мастерская ЦРМ совхоза «Привольный» (сейчас она пуста).
Вокруг нового здания церкви был разбит парк из сирени, акации и черемухи. Он занимал всю свободную площадь от жилых домов богатых купцов: Миллера, Хоппе и до церковно-приходской школы. Огорожен он был металлической изгородью с оригинальным рисунком. На все четыре стороны от церкви выходили большие ворота, но одни считались главными, те, которые выходили на особняк Хоппе (бывшую центральную контору совхоза «Привольный», ныне школьный интернат).
От ворот до ворот были выложены кирпичом дорожки, они вели к церкви. Вокруг самой церкви тоже была металлическая изгородь и выложенные дорожки. Все их перед божественными праздниками или днем бракосочетания начищали до блеска. Рядом с дорожками росли разноцветные ароматные розы. Все свидетели этой красоты особенно в весеннее и летнее время сравнивали это место с райским уголком.
Насколько же умны и хитры были служители церкви, чтобы столько времени уметь владеть умом и разумом людей!
Видимо, так было принято, что бракосочетание велось нескольких пар, приурочивали его к какому-нибудь празднику. Из дома новобрачных везли на белых наряженных лошадях, затем поодаль от церкви пешком. Все это было торжественно, красиво и празднично. В церковь заходили в главные ворота, после венчания пары выходили другие. В это время тоже звонили колокола, звучала музыка органа, и пел хор.
Примечательно то, что в церкви все записи велись в четырех книгах, каждая размером примерно с письменный стол. В них записывалось буквально все, что касалось той или иной фамилии. Листья книг были очень толстыми, а обложки обтянуты кожей. После революции Пастер отрекся от бога, служители церкви тоже (по сведениям один из них впоследствии работал в бухгалтерии колхоза), и эти книги были переданы в архив г. Саратова. Одна из местных жительниц рассказывала, что именно по одной из этих книг она нашла все свои данные и смогла восстановить документы.
К западу от церкви находился дом купца Хоппе. Интересна история этой довольно богатой семьи. Сам Хоппе был выходцем из бедной немецкой семьи. Но у немцев принято было с детства приучать своих детей к какому-нибудь ремеслу, чтобы они могли заработать себе на кусок хлеба, чаще всего ремесло передавалось по наследству.
Вот и Хоппе унаследовал от отца все лучшее: хорошо плотничал, разбирался в механизмах и к тому же имел приятную внешность. Все это вместе взятое помогло ему сделать выгодную партию – он женился на богатой невесте, правда, далеко не красавице. Тем не менее, к 40 годам у него было 8 мальчиков и при родах 9-ого ребенка – девочки – жена умерла, а девочка осталась жить. У него был полон дом нянек и служанок, так что он не очень прочувствовал потерю жены.
Через 5 лет в Саратове он в одном богатом доме познакомился с гувернанткой и сделал ей предложение, при этом, пообещав ей, что она будет в большом богатстве и что его девять детей не будут помехой им в семейной жизни. Она дала согласие, несмотря на свои молодые годы, ей было в то время 28 лет. Она была родом из наших мест, в свое время, получив образование, стала гувернанткой и все это время служила в богатых семьях в Петрограде, в Москве, затем в Саратове. Она была хорошей грамотной гувернанткой, поэтому, как только у нее кончался контракт в одной семье, сразу предлагали место работы в другой, так как хозяева всегда были в контракте с другими, и слух о ее прилежности доходил до других семей. В семьях хозяев ее очень уважали, ценили и считались с ней. А вот служа у московского барина ее, обидел один из гостей хозяина, она была вынуждена разорвать контракт и уехать в свою губернию, где и встретил ее господин Хоппе.
Хоппе сделал хороший выбор, т. к. для детей он приобрел бесплатную гувернантку и молодую жену. От второго брака у него стало еще 5 дней , 3 девочки и 2 мальчика. Одна из этих девочек впоследствии стала бабушкой одной из наших жительниц. Она нам и рассказала, что бабушка всегда с чувством глубокого уважения вспоминала своего отца, купца Хоппе, т. к. он был очень ласков и внимателен ко всем детям, напротив мать жестоко наказывала своих родных детей за всякую малейшую оплошность и никогда не повышала голоса на приемных детей. Она очень боялась, что они возненавидят свою мачеху. Всем детям Хоппе дал прекрасное образование и всегда повторял, что главное богатство, которое им он даст – знание, а на наследство, чтоб никто не надеялся. Образование получили все дети, но не все смогли использовать их как надо. Двое сыновей от первого брака не долго прожили на белом свете, т. к. веселая разгульная жизнь затянула их, как трясина и они скоропостижно скончались.
В сторону Волги за парком, рядом с домом Хоппе начиналась ярмарочная площадь, она находилась перед конторой сельпо, сейчас пустырь и дома Федяшиной В. Эта площадь ровным ковром бала покрыта травой . Посреди площади стояла трибуну. Ходить по этой площади в будничные дни строго запрещалось , нарушителей сразу штрафовали , ходили только по дорожкам не срезая углов. А в дни праздников все люди приходили сюда , садились прямо на траву и слушали о чем говорили на трибуне.
В противоположной стороне, по словам очевидцев, в здании теперешней больнице жила семье Лингардов. Никто точно не помнит, чем занимался хозяин , но до нас дошло следующее Лингард был образованным человеком того времени и всю свою недолгую жизнь мечтам открыть больницу. Его жена очень рано умерла, на его руках осталась маленькая дочь, которая с детства была инвалидом. Для нее он построил пристройку, и вскоре умер. О дальнейшей судьбе дочери ничего неизвестно. Но, что характерно, именно в их доме в последствии А. И. Шиндер открыл Тарлыковскую больницу (так раньше она называлась). Долгое время в этой больнице работал Г. Ю. Фонарев и его сын Александр Григорьевич, который работал зубным врачом.
До революции по воспоминаниям жителей самым богатым помещиком на селе, считался Питер, который приехал сюда из Восточной Пруссии. Его имение располагалось чуть выше по течению Волги. В районе машинного двора. Там рядом им была построена пристань. У него был собственный пароход, и свое состояние он нажил в основном за счет торговли. Торговал он пшеницей, уводя ее вниз по течению Волги. Были у него на селе свои торговые лавки. Немалый доход принес ему кирпичный завод и пилорама. Кирпич и лесоматериал он продавал в окрестные села, вот поэтому в нашем селе и соседних селах постройки деревянные. Состоятельные люди могли обложить свои дома кирпичом, поэтому они до сих пор не утратили своей былой красоты.
В зимнее время Питер нанимал бедных немцев и уводил их в Сибирь. Там они заготавливали ему лес, когда сибирские реки освобождались ото льда, то лес плотами пригоняли прямо на берегу штабелями. На его кирпичном и лесопильном заводах уже в то время была довольно оснащенная механизация, поэтому и обрабатывал он большое количество материала.
Запомнилась местным жителям и другая фамилия богатого – Александр Бир. Его поместье располагалось недалеко от Питеров. Был у него удивительно большой и богатый сад. Его имя и фамилия, местные старожилы уже забыли, но хорошо помнят, что именно он после революции здесь на нашей земле стал разводить питомник. Была здесь и школа садоводов, в которой он передавал.
В 1931 г. в наше село приехали австрийцы и стали проводить коллективизацию.
В течение 5 лет шла тяжелая борьба за организацию колхоза.
В начале был организован один колхоз на территории Совета. А чуть позже – другой. Граница проходила по современной Советской улице. Колхозы просуществовали до 1941 г.
31 августа 1941 г. вышел Приказ о пересмене немецкого населения в глубинные районы страны, а рано утром 1 сентября 1947 г. люди получили газеты с этим приказом (указом).
Село разом омертвело, люди не смогли взять с собой всех животных, поэтому они некоторое время свободно бродили по селу.
Эвакуированные стали поступать сюда только поздней осенью 1941 г. Это были в основном семьи работников НКВД., поэтому и совхоз, организованный из переселенцев, так и назывался совхоз «НКВЗ». Просуществовал до 1943 г. по мере того как Советская армия освобождала районы нашей страны от немецко–фашистских захватчиков, семьи постепенно стали возвращаться в освобожденные районы. Все, конечно, с нетерпением ждали своего вызова, т. к. только после него они получали пропуска на выезд по месту жительства. Несколько семей таких вызовов не получили и были вынуждены остаться здесь. Со временем они привыкли и до сих пор живут здесь.
На территории села Привольное был образован сельский Совет трудящихся, затем переименован в Привольненский сельский Совет народных депутатов.
С 1991 года сельский Совет народных депутатов переименован в администрацию Привольнеского сельского Совета.
В 1997 году администрация Привольненского сельского Совета ликвидирована, правоприемником является администрация Привольненского округа.
В 2005 году администрация Привольненского округа ликвидирована, правоприемником является администрация Привольненского муниципального образования Ровенского муниципального района Саратовской области.
На 01.01.2012 года численность работающих в администрации Привольненского муниципального образования по штатному расписанию составляла – 6 чел.
На 01.01.2013 года численность работающих в администрации составила – 5 чел.